rus | eng
RSSВеб-камера

Преподобный Антипа Валаамский (Афонский)

Валаамский патерик
vm6892.jpg

I. Детство, юность.

Иеросхимонах Антипа родился в Молдавии, в селе Калаподешти Текунчского уезда в 1816 году. Родители его были люди православные и весьма благочестивые. Жили они в большой бедности. Отец его, Георгий Константинович Лукиан, служил диаконом в убогой церкви села Калаподешти; мать, Екатерина Афанасьевна, впоследствии поступила в женский монастырь и с именем Елисавета скончалась в схиме. Долго у Лукианов не было детей; наконец, по молитвам жены, у них родился сын Александр, впоследствии в схиме получивший имя Антипа.

Рождение будущего подвижника ознаменовалось особенным благоволением Божиим: мать родила его без болезни; затем, до конца жизни, осеняла его чудная благодать Божия. Еще в детстве, когда он пас овец своего отца в глухом лесу, где водилось множество ядовитых змей, брал он их живыми без малейшего вреда в свои руки и тем приводил в ужас сторонних зрителей. Одаренный от Бога высокими духовными дарованиями, отрок Александр был как бы лишен обыкновенных, естественных способностей: от природы он был очень простоват и крайне непонятлив. Долго, несмотря на самое усердное прилежание, не мог Александр научиться грамоте. Видя его неспособность, учителя даже советовали ему оставить школу и обучаться какому-либо ремеслу. Усердием, трудом и молитвой преодолел он все трудности, и священные книги стали для него единственным постоянным источником духовного назидания и самых сладостных утешений.

Когда Александр еще учился, скончался его отец, и все семейство осталось без опоры. Его, как старшего, как будущего кормильца, отдала мать в обучение переплетному мастерству. Мужественно претерпев все тяжкие невзгоды в чужом доме у жестокого хозяина, беззащитный сирота с помощью Божией быстро достиг звания переплетного мастера и, возвратясь на родину и обзаведясь собственным хозяйством, еще юношей сделался опорой и единственной отрадой вдовствующей своей матери и всей семьи.

Полное довольство царило в семействе Лукиана, но сердце молодого хозяина не находило утешений в земном. Часто вдали от всех, обливаясь слезами, недоумевая, где обрести покой душе, мысленно взывал он к Богу: "Укажи мне путь, по которому мне идти, ибо к Тебе возношу я душу мою!" (Пс. 142, 8). Во время одной из таких уединенных мысленных бесед, на двадцатом году своей жизни, юноша внезапно был озарен дивным, неизъяснимым светом. Свет этот наполнил сердце его невыразимой радостью, из очей его потоками полились неудержимые, сладостные слезы. Тогда, как бы ощутив Божественный зов, он в радости воскликнул: "Господи, я буду монахом". Но Господь промыслительно попускал на него и разнообразные бесовские искушения. Кроме искушений от бесов, много скорбей и поношений в разное время претерпел будущий послушник и от враждебно настроенных против него людей за его прямоту и неудержимую ревность к благочестию. Так "десными и шуийими" возводился он по степеням лествицы совершенства.

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники" Издательство Валаамского монастыря, 2005г

II. Начало монашеского пути.

Однажды ночью тихо вышел Александр из родительского дома и направился в знаменитый в Молдавии богатый Нямецкий монастырь. В соборном монастырском храме со слезами повергся он перед чудотворной Нямецкой иконой Божией Матери. Церковь была совершенно пуста. Вдруг сделался шум, и завеса, закрывавшая святую икону, отдернулась сама собой. В умилении и в неизъяснимой радости души приложился он к чудотворному образу Царицы Небесной. Благодатно утешенный в Божием храме, с великой печалью вышел юноша из келий настоятельских, когда, несмотря на все его просьбы и мольбы, ему решительно отказали в приеме в Нямецкую обитель. И он отправился в Валахию. Там небольшой штатный монастырь принял странника в свои мирные стены. Более двух лет самоотверженно трудился здесь ревностный подвижник в монастырских послушаниях. Жизнь его была исполнена скорбей и лишений. Ему не давали одежды, не было у него келии. Утомленный, засыпал он, где случится: на хуторе, на кухонном полу. Раз, заснув в поле на сене, он занесен был снегом, полузамерзшего его едва привели в чувство. С подвигами телесными, бдением, постом, соединял юный воин Христов умную молитву, которой научил его схимонах Гедеон, около тридцати лет подвизавшийся в затворе близ их монастыря.

Строгая, самоотверженная жизнь Александра резко выделялась среди общего монастырского строя. Духовник советовал ему идти на Афон. Туда же стремилось сердце и самого Александра. Обнаруживая духовную рассудительность, этот главный признак истинного подвижника, он решил услышать голос опытного в духовной жизни старца. В это время славился в Молдавии высокими подвигами и духовной опытностью настоятель монастыря, называемого "Браз", архимандрит Димитрий. К этому-то старцу и обратился послушник за духовным советом. Архимандрит Димитрий всегда удерживал стремившихся на Афонскую Гору, но на этот раз, к удивлению всех, он согласился отпустить туда Александра, прибавив, что сам предварительно пострижет его в монахи. Так, монахом с именем Алипий, напутствованный благословениями великого старца, отправился подвижник на Святую Гору.

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники" Издательство Валаамского монастыря, 2005г.

III. Афон.

В одной из пустынных келий Афона подвизались в это время два соотечественника отца Алипия — молдаване, иеросхимонахи Нифонт и Нектарий. К ним желал он поступить в ученики. "Ты недавно принял монашескую мантию, — отвечали на его просьбу опытные отцы, — и тебе следует сперва потрудиться в послушаниях в монастыре". Повинуясь их совету, поступил он в греческий монастырь Есфигмен. Около четырех лет трудился он в той обители в поварне. Здесь целый год находился он в тягчайшем и опаснейшем для подвижника искушении: от него отступила умная молитва и с нею прекратились все благодатные утешения. И ум, и сердце его исполнены были подавляющей тьмы и скорби. Только твердое упование на заступление Божией Матери уберегло его тогда от отчаяния. Кончилось время послушнического искуса, и старцы молдавские приняли своего собрата на высшие подвиги в пустыню.

Отец Нифонт вскоре решил постричь его в схиму, чтобы иметь себе помощника для устроения молдавского скита на Афоне. Но отец Антипа стремился к пустынножительству. С этим вопросом старец и ученик решили обратиться к иеросхимонаху Евфимию, их общему духовнику, пустыннику и весьма благочестивому старцу. Отец Евфимий принял сторону отца Алипия. По его совету отца Алипия постригли в схиму (с именем Антипа) и предоставили ему полную свободу одному проводить отшельническую жизнь.

Весьма неохотно отпустил отец Нифонт схимонаха в пустыню и даже не дал ему ничего, что было необходимо для первоначального обзаведения на новом месте. С голыми руками вошел пустынник в полуразвалившуюся отшельническую хижину; она была совершенно пуста, только в переднем углу на полке нашел он небольшую икону Божией Матери, на которой от многолетней копоти нельзя было рассмотреть лика. Невыразимо обрадовался отец Антипа своей находке, почувствовав, что обрел драгоценное духовное сокровище. Немедленно отправился он к знакомому иконописцу-пустыннику иеродиакону Паисию, переселившемуся со святых гор Киевских на священные высоты Афона, и стал просить его промыть икону, только как можно осторожнее, чтобы не повредить ее и отнюдь не поправлять ее красками. Никак не соглашался на таких условиях взять икону отец Паисий, и только по убедительным просьбам схимонаха решился, наконец, попробовать промыть ее, хотя вполне сознавал всю бесполезность такой пробы. Однако вскоре возвратил он отцу Антипе икону совершенно новую, клятвенно уверив его, что она стала такою от одной простой промывки и что это явление чрезвычайно поразило его самого. "Она — чудотворная!" — в радости изрек о ней никогда более с нею не разлучавшийся отец Антипа. Теперь эта икона находится в Валаамском монастыре, в храме преподобных отцов Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев, на левой стороне у переднего столба, в небольшом иконостасе.

В короткое время с Божией помощью обстроилась келия отца Антипы, и мирно потекли дни его. С подвигом молитвенным отшельник по необходимости соединял безмятежное рукоделие — делание деревянных ложек, которые и продавал для пропитания. За советом в духовной жизни обращался он к пустыннику схимонаху Леонтию — старцу святому и великому подвижнику; с ним и в последующее время он находился в духовном общении; только с его благословения решался он на новые шаги.

Между тем мысль отца Нифонта об устроении Молдавского скита стала мало-помалу осуществляться. В Молдавии, в городе Яссы, устроено было уже им подворье; на Афоне приобретена была земля, на которой быстро поднимались скитские здания; число братии росло. Тогда молдавские старцы стали просить отца Антипу в сотрудники. Повинуясь совету духовных отцов, он согласился. Его посвятили в иеродиакона, потом скоро в иеромонаха и назначили келарем.

Занимая в возникающем скиту, по-видимому, незначительную должность, отец Антипа по мере своих сил ревновал о сохранении в нем общежительных правил во всей силе. Однажды отец Нифонт, будучи уже игуменом, в общей братской трапезе благословил келарю приготовить для себя и для прибывшего к нему гостя отдельное кушанье. Келарь не приготовил; игумен разгневался и велел встать ему на поклоны. "Поклоны я буду класть с радостью, — отвечал келарь игумену, — но прошу, батюшка, извинить меня: сделано это мною с благой целью, дабы не было соблазна братии; так как самим тобою же начаты добрые уставы по правилам святых отец, то чтобы тобою же не были оные нарушаемы, потому что настоятелю во всем надо быть самому примером для всех: тогда только будет твердо и надежно наше общежитие". Когда совершенно успокоилось волнение, игумен благодарил отца Антипу за его благоразумную ревность.

Дела по устройству скита побудили отца Нифонта года на три ехать в Молдавию; на это время управление всеми отраслями скитского общежития возложено было на отца Антипу. Ему же потом предоставлено было и право исполнять обязанности духовника, для чего по афонскому обычаю в храме архипастырем прочтена была над ним молитва и выдана ему особая грамота.

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники" Издательство Валаамского монастыря, 2005г.

IV. Поездка в Россию.

С возвращением отца Нифонта на Афонскую Гору, настало время для отца Антипы расстаться навсегда со священным местом многолетних его духовных подвигов, к которому он привязался всеми силами души и о котором до конца своей жизни сохранил глубокую благоговейную память: отец Нифонт назначил его экономом на Ясское подворье.

Оказавшись среди разнообразных хлопот и попечений в шумном городе, отец Антипа старался и здесь, как в минувшие дни в пустыне, в точности исполнять схимническое правило по уставу.

При общем расположении к отцу Антипе дела его по управлению подворьем шли прекрасно, средства к содержанию подворья росли. Но, с ревностью служа на пользу Молдавского скита, отец Антипа постоянно стремился сердцем на Афонскую Гору. Часто он просил отца Нифонта о возвращении его на Афон, но видя большую пользу от деятельности отца Антипы для скитского общежития, учитывая множество неотложных нужд по устроению скита и скудость средств к их удовлетворению, отец Нифонт решился ехать за сбором подаяний в Россию и взять с собой туда и отца Антипу. "Не пускаешь ты меня на Афон, — сказал отец Антипа игумену, когда тот объявил ему свое решение, — берешь в Россию, а я чувствую, что как только мы переедем нашу границу, я уже не буду больше ваш, я буду русский

Только первые шаги в России были сделаны отцом Антипой под руководством отца Нифонта: вскоре игумен уехал в Молдавию, и отец Антипа, не зная русского языка, остался один среди русских. Как у родных, помещен был он в одном благочестивом купеческом семействе. В отдельном домике в саду проводил он затворническую жизнь, посвящая почти все время молитве.

Дела отца Антипы по сбору приношений шли успешно. Этим успехом главным образом он обязан был тому чувству доверия и расположенности, которое питали к нему все знавшие его в России. В это время Господь сподобил отца Антипу присутствовать при открытии мощей святителя Тихона Задонского.

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники" Издательство Валаамского монастыря, 2005г.

V. Валаам.

В первый год пребывания своего в России, как только открылась навигация, посетил отец Антипа Валаамский монастырь. Всей душой полюбил он тогда пустынные безмятежные кущи Валаама. И как только кончились его дела по сбору подаяний в пользу Молдавского скита, с благословения своих молдавских старцев, 6 ноября 1865 года прибыл он на Валаамские горы.

Маленькая, уединенная келия в скиту Всех святых приютила здесь ревностного любителя безмолвия и молитвы. Прожив шесть лет на Валааме отец Антипа пожелал навсегда здесь остаться.

21 декабря 1871 года игумен Дамаскин обратился к митрополиту Новгородскому и Санкт-Петербургскому Исидору с представлением об определении отца Антипы в число братии Валаамского монастыря. К сожалению, переписка о принятии отцом Антипы российского гражданства и включении его в число братии монастыря продолжалась до самой его смерти, так и ничем и не закончившись.

Велики были молитвенные подвиги отца Антипы на Афонской Горе и среди шума мирского в городах Молдавии и России, но там они развлекаемы были, по необходимости, то рукоделием с целью пропитания, то обращением с мирскими людьми по делам монастырским и по сбору. В уединении же Валаамском молитва сделалась единственным и исключительным его занятием. Она занимала весь день и почти всю ночь подвижника. Кроме неопустительного исполнения денно-нощной службы по церковному уставу, отец Антипа каждый день прочитывал два акафиста Божией Матери: один — общий и другой — Ее Успению, и ежедневно полагал по 300 земных поклонов с молитвою о спасении всех усопших. Помянник отца Антипы был очень велик. Поминал он всех знаемых. Это поминовение продолжалось более часу. В определенное время, между службами и поклонами, занимался он умною молитвою и ей же посвящал свободные от установленного молитвословия часы дня и ночи. Когда случалось ему быть или служить в монастыре, точно так же как и каждую субботу, когда он причащался Божественных Христовых Таин в скиту, в алтаре, облачаясь сверх мантии, в священническую ризу, предварительно в келье совершал он полную службу на молдавском языке и потом выстаивал без упущения и всю церковную службу в скитском или монастырском храме

В первую неделю Великого поста отец Антипа вовсе не употреблял ни пищи, ни питья; в такой же строгости соблюдал он пост в понедельник, среду и пятницу в течение всего года и в вечер праздников Рождества Христова и Богоявления: в эти два последних дня (сочельника) даже в предсмертной болезни своей, когда от сильного жара высыхал у него совершенно рот, не решался он облегчить своих тяжких страданий глотком воды. На четыре же непостных дня — воскресенье, вторник, четверг и субботу — для постника была достаточна та пища, которую ему раз в неделю приносили на обед в субботу.

Так подвизался отец Антипа круглый год в скиту, когда же приходил в монастырь, здесь уже он сообразовался с чином монастырским. В монастырь он приходил три раза в год — на Рождество Христово, на Страстную неделю и неделю Святой Пасхи и на всю неделю Пятидесятницы. Кроме этих определенных дней приводила его в монастырь еще необходимость духовного собеседования с близкими ему лицами, приезжавшими собственно для него на Валаам. Хотя приезды этих лиц крайне тяготили любителя безмолвия, но на них всегда отзывался он безграничным радушием. Здесь выражались его глубокая самоотверженная любовь к ближним, его тонкое благочестивое чувство, боявшееся чем-нибудь опечалить их. По целым дням тогда затворник находился в обществе женщин, пил чай, ел. "Как можешь ты соединять продолжительный скитский пост с таким неожиданным разрешением?" — в недоумении спрашивал его один из отцов валаамских. Дивно отвечал он ему словами святого апостола Павла: "Во всем и во всех навыкох: и насыщатися, и алкати, и избыточествовати, и лишатися". (Флп. 4, 12).

"Батюшка, ты обращался много с женщинами, неужели не приходило тебе дурных мыслей?" — спрашивал его в последние дни его земной жизни один из преданных учеников. "Никогда! — отвечал ему сохранивший себя в девственной чистоте отец Антипа. — Не могут прийти такие мысли чадолюбивому отцу, тем более не могут прийти они отцу духовному. Единственным моим желанием по отношению к моим ученикам и ученицам было их преуспеяние духовное и вечное спасение их души".

Между почитателями отца Антипы были люди со средствами. По его предложению охотно делали они приношения на нужды монастырей в России и на Афонской Горе. Сочувствуя существенным потребностям обителей, отец Антипа не одобрял их увлечения к излишним сооружениям. "Много я видел монастырей и в России и за границею, — говорил он, — везде хлопочут, строят... Но и хлопоты, и постройки — дела суеты, дела мирские. Монаха жизнь — в церкви, дело его — монашеское правило". Жил он в нищете крайней. Келья его была совершенно пуста, не было ни кровати, ни стула, стояли в ней небольшой столик вместо аналоя и деревянный жезл с перекладиной, на который в борьбе со сном в изнеможении опирался он во время всенощного бдения. На полу лежал войлок, на котором он сидел в утомлении и предавался краткому ночному отдохновению. Живя сам в такой нищете, отец Антипа любовью отзывался на нужды братии. Полюбив всей душой Валаамский монастырь с первого дня своего прибытия на Валаамские горы, отец Антипа сохранил свою любовь к нему до конца. "Одно сокровище есть у меня, — говорил он, — это моя чудотворная икона Божией Матери; никому я ее не дам, кто бы у меня ее ни просил: я оставлю ее только Валаамскому монастырю".

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники"
Издательство Валаамского монастыря, 2005г.

VI. Кончина.

Многие годы проводя в строгом подвижничестве, отец Антипа нисколько не расстроил здоровья; вообще он обладал здоровым крепким организмом. К лекарствам и лекарям в случае болезни он никогда не обращался. Принимая болезнь от руки Божией, от Божией же руки ожидал он и исцеления. Судя по его бодрому виду, трудно было предполагать, что он так скоро переселится в селения горние. В течение одного года сильнейший кашель совершенно обессилил и иссушил его и тихо привел его к мирному преставлению.

В год своей болезни Страстную неделю и неделю Святой Пасхи отец Антипа еще по обыкновению провел в монастыре. В Великую Субботу он был у Божественной литургии. По окончании литургии он сказал своему ближайшему сподвижнику и ученику: "Во время причащения я был в алтаре и взглянул из южных дверей в церковь. Монахи уже причастились, и лица некоторых причастившихся монахов сияли, как солнце. Я не знаю имен этих монахов. Прежде этого я не видал".

В глухую осень того же года стоял отец Антипа в своем уединении на молитве. Вдруг сделался шум: Афонский образ Божией Матери сам собою двинулся с места; другие иконы, бывшие около него, упали; образ Богоматери шествовал тихо по воздуху на протяжении целой сажени и остановился на груди у отца Антипы. Ужаснулся старец. С благоговением приняв образ, он поставил его на место. Со слезами умиления поведал отецАнтипа об этом одному из ближайших своих учеников только за три дня до кончины.

Болезнь быстро развивалась. По желанию отца Антипы его соборовали. Он видимо угасал. С любовью посещала его во время болезни братия, ближайшие же его ученики в последние дни были при нем неотлучно.

В последнюю ночь часто подымал отец Антипа руки к небу и звал к себе своего любимого афонского старца схимонаха Леонтия — мужа святого и подвижника великого. "Леонтий! Леонтий! Где ты? Леонтий!" — часто повторял отец Антипа и как бы беседовал с пришедшим. "Батюшка, да с кем ты говоришь? Ведь никого нет", — наклонясь к отцу Антипе, сказал ему келейник. Пристально посмотрел старец на келейника и тихо пальцем постучал по его голове.

Под утро, чувствуя близость своего отшествия и желая быть причастником Божественных Таин на литургии, совершенной в последний день его жизни, отец Антипа просил причастить его. В полном разуме сподобившись приятия Божественных Даров, отец Антипа погрузился в тихую дремоту. Прошло два часа. Ближайший ученик его прочитал девятый час и стал читать акафист Божией Матери. Во время чтения акафиста тихо замолк навеки в течение всей жизни ежедневно усердием и верой возносивший Царице Небесной акафистные хваления отец Антипа. Скончался он в воскресенье, 10 января 1882 года, на 66-м году от рождения. Согласно завещанию отца Антипы, он был захоронен вне стен скита, чтобы паломники и духовные чада, в том числе и женщины, почитающие его, могли бы беспрепятственно приходить на его могилу. Известно было, что могила его находилась у часовни Крестных Страданий.

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники"
Издательство Валаамского монастыря, 2005г.

VII. Обретение мощей, прославление.

В 1960 году могила старца Антипы была вырыта местными жителями. Но не найдя драгоценностей, они засыпали могилу землей, а надгробная плита оставалась сдвинутой в сторону. Земля на вскрытой могиле со временем осела, и это помогло определить место захоронения. Мощи старца Антипы были обретены в мае 1991 года, после того как наместник обители игумен Андроник (Трубачев) с братией совершил панихиду по старце. Для удостоверения того, что раскопки велись действительно на месте могилы и что обретенные останки принадлежали именно старцу Антипе, место под сдвинутой плитой было раскопано, но там оказалась только скала. На всенощном бдении на память равноапостольного князя Владимира, 15 (28) июля 1991 года, мощи старца Антипы были перенесены в храм святых апостолов Петра и Павла, а на память преподобных Сергия и Германа, 11 (24) сентября 1991 года, — в нижний храм Преображенского собора, им посвященный. После обретения мощей старца Антипы от них исходило сильное благоухание.

По благословению Святейшего Патриарха Алексия II честные мощи старца Антипы были помещены в раку, которая установлена в нижней церкви во имя преподобных Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев. В 2000 году Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II имя преподобного Антипы Афонского было включено в Месяцеслов Русской Православной Церкви, память преподобному Антипе Афонскому совершается 10/23 января. Братия и паломники обращаются к преподобному старцу с просьбой о молитвенном предстательстве и получают его, неоднократно отмечалось сильное благоухание от его мощей, особенно в то время (например, в начале Великого поста), когда братия обители усердно подвизалась в посте и молитве. Приезжающие на Валаам иерархи и священнослужители из разных мест России неоднократно обращались с просьбой отделить им малую частичку святых мощей старца Антипы, что свидетельствует о почитании ими старца. Особенно велико почитание старца в Молдавии, в Румынии, откуда также поступали просьбы передать частичку его мощей. На Святой Горе Афон почитание старца Антипы распространено среди монахов-святогорцев румынской и русской национальностей.

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники" Издательство Валаамского монастыря, 2005г


×

Сообщение об ошибке

Текст с ошибкой:
Описание ошибки: