rus | eng
RSSВеб-камера

На передовой нет неверующих

Публикации
Парень очень хотел попасть в десантники. Но на призывном пункте в 1983 году ему ответили: ростом не вышел, да и весу бы поднабрать... Его мечта осуществилась через 20 лет. В конце декабря он прошел обряд посвящения в десантники с надеванием синего берета, тельняшки и камуфляжа. И не где-нибудь, а в Чечне... в 45-м полку спецназа ВДВ, куда отец Парфений перед Новым годом привез груз гуманитарной помощи из Петербурга.

Без прикрытия?

- В 80-е годы, когда я служил в армии, был лозунг "Народ и армия едины". Но в полной мере я понял эти слова только в Чечне, - рассказывает иеромонах Парфений (Шапанов), помощник игумена Валаамского монастыря, представитель Синодального отдела Русской православной церкви по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами на Северо-Западе России.

- Осенью монастырь обратился за помощью к петербуржцам, и у меня было ощущение Минина и Пожарского: бабушки несли теплые вещи, вязаные носки, домашнее варенье, предприниматели передавали деньги, покупали необходимые для солдат вещи... И ребята очень обрадовались, когда мы до них добрались - гуманитарной помощи десантники видели много, но чаще "на тебе, Боже, что мне негоже". А мы привезли то, что им нужно. Но самое дорогое для них знаете что? Больше всего благодарили вас за письма, хотя письма безадресные - просто солдатам, воюющим в Чечне...

- Добрались без приключений?

- Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, священноигумен Валаамского монастыря, благословил на поездку: "Воинов раненых - утешь. Тех, кто в строю, - укрепи. А верующих мирских людей - поддержи!.." Но прилетели в Моздок, а там не смогли дать нам охрану. Как добираться до Введенского ущелья, где дислоцирован 45-й полк? Но мы отправились через всю Чечню, через Грозный, через Шали, через Аргунское ущелье машинным маршем - четыре "КамАЗа" с грузом и три бэтээра с солдатами. Больше 140 км, без охраны, без боевого прикрытия сверху (обычно дают вертолеты и саперов), но довезли груз. У нас было самое большое - Божье прикрытие, молитвы верующих, кто откликнулся на наш призыв в Петербурге.

Чудо в палатке

- В Чечне вы не впервые. Что запомнилось в эту поездку?

- Прежде всего, порядок в полку - в палатках пол застелен фанерой и линолеумом, ребята ходят в тапочках, в каждой палатке - иконостас и телевизор. Хорошо налаженный быт, баня топится круглые сутки. Уходят ребята на задание, приходят - сразу в парную. Ощущение тепла, благодати...

У них есть палатка-часовня, освященная в честь великомученика Георгия Победоносца. Мы проводили молебны, почти 200 солдат и офицеров исповедовались и причастились. После панихиды по убиенным и общей молитвы стали прикладываться к аналою. Простая бумажная иконка Георгия Победоносца на фанерке

- вдруг видим: в центре проступили масляные пятна, и струйки побежали. Маслом я никого не помазывал, температура палатке минус 10, в котелке святая вода замерзла. Для нас это мироточение было чудом. Спрашиваю офицеров: что у вас с иконой? "Пятна, что ли? А-а, это всегда так. Если отряд уходит на задание, и после молитвы пятна проступают - значит, все хорошо будет..."

Многое зависит от командиров, от их духовно-нравственного состояния. По соседству - другой полк: земляной пол в палатках, баня раз в неделю, ребята ходят озлобленные. И отцы-командиры подстать: гуляй, нога, швыряй песок...

Подсказки от Бога

- Может, это такой образцовый полк?

- Да какой он образцовый? Командир отозвал меня: "Отец Парфений, у тебя денег не осталось?" - "А сколько нужно?"

- "300 тысяч". - "Много, брат мой. Мне иконостас нужно заказывать за 210... Ладно, половину отдам". - "Понимаешь, обмундирование нужно ребятам пошить..." Я спрашивал комполка о быте: "У вас есть телевизоры, музыкальный центр, спутниковый телефон - откуда это всё?" Он объяснил, что офицеры, которые служили в полку, уходят в бизнес и помогают им.

Капитан Андрей, с которым я разговаривал о вере и о том, что происходит вокруг, сказал мне: "На передовой нет неверующих. Ни одного человека..." И солдат я спрашивал: "Зачем тебе исповедоваться, причащаться? Что это тебе дает?" Один очень точно ответил: "А Бог подсказывает, как правильно поступить в трудной ситуации. Какое принять верное решение..."

- Вы говорили о письмах. Что еще важно для солдат на передовой?

- Мне один человек подсказал это, и я ему благодарен. Теплые носки, когда ребята сидят в засаде при минус 20, и тушенка - это важно. Но их надо еще "отогреть"! Поэтому в поездку я взял с собой трех певчих Валаамского монастыря - они пели гимны и духовные песнопения царской армии, "Как ныне сбирается вещий Олег...". И, что самое интересное, ребята подпевали монахам! А потом мы вместе с ними (я отслужил молебен, снял рясу) пели под гитару "Давай за!..." группы "Любэ", и романсы, и "Распрягайте, хлопцы, коней..." И я свистел, чем очень удивил и расположил ребят, и они разговорились... Мы той ночью пели, а как раз в это время был радиоперехват: за горой подошел отряд боевиков, начался артобстрел - и ребята ушли на задание. Но мы с теми, кто остался в полку, сели с гитарой и пели. И фиг вам, товарищи бандиты, говорили мы, радость нам не испортите!

Понял, куда попал

- Отец Парфений, а в соседний полк вы ходили? Там нужны священники?

- Принцип такой: я иду туда, куда позовут. Ведь и Господь приходил к нуждающимся. А если человек не готов, он не зовет... После того как мы пели с ребятами, приходят от соседей: у вас, слышим, артисты, дайте и нам. Им объяснили: это монахи приехали. Не-а, говорят, попа не надо, а артисты пускай придут... Ну, я ребят-певчих дал, а сам не пошел. Они попели, поговорили с солдатами. Так тоже начинается путь к вере.

- Последние военные священники в России были лет 80 назад. А появятся ли они снова?

- Наш Военно-синодальный отдел поднимает вопрос о возрождении института военного священства. Чтобы в старых духовных семинариях и академиях -Санкт-Петербургской, Московской, Одесской - открыть подготовку военных священников. Но пока не хватает священников, которые имеют опыт работы в войсках, в "горячих точках".

- Каким должен быть военный священник?

- Честно вам скажу: не знаю. Вы меня спросите, страшно ли там? Да, страшно. Владыка один спрашивал: "Отец Парфений, зачем ты туда ездишь?" Ну как же, Владыко, монахи - воины Христовы, они на передовой должны быть. Там, где боль, страдания и смерть, должен быть священник. И не бояться, хотя страшно...

В первую поездку в Чечню летом 2002 года я вообще не понимал, что происходит. Ездил в Аргунское ущелье к пограничникам. И мне казалось: это как тир- где-то стреляют, бэтээры ходят, пушки стоят, мне самому хотелось дернуть, выстрелить... А когда я в госпитале увидел наших ребят с вывороченными животами - и они в сознании - вот тогда я понял, куда попал... Священник, не только военный, состоится тогда, когда он умеет сострадать. Как говорил старец Паисий, когда чужая боль становится своей.

...Возвращаясь из Чечни, они везли тела погибших у Дома правительства в Грозном. Когда самолет набрал высоту и можно было вставать, монахи их отпели, прямо в самолете, в воздухе... А в последних числах февраля отец Парфений снова поедет в Чечню. Снова повезет туда гуманитарную помощь: батарейки для миноискателей, бритвенные приборы, зубную пасту - и по гитаре в каждый отряд. В его родном Введенском ущелье заступит на дежурство уже другой полк ВДВ, но петь там тоже любят. А отец Парфений мечтает прыгнуть с парашютом, как настоящий десантник...

Евгений ГОЛУБЕВ Аргументы и Факты СПб №8 (1165) февраль 2003 г.
10.02.2003
×

Сообщение об ошибке

Текст с ошибкой:
Описание ошибки: