Жизнь Церкви в условиях пандемии

Будем молиться и об избавлении мира от новой инфекции, об облегчении мук страдающих и их спасении, об упокоении умерших. Будем служить людям, любить их, а не подвергать их опасности из-за превратно понятого благочестия.
22.03.2020 Аспирант Артемий Сафьян  6 956

Жизнь Церкви в условиях пандемии

Насколько справедливы профилактические меры в церкви в реалиях нынешней пандемии? Как верующим людям соблюдать заповедь «о любви к ближнему» в условиях карантина и самоизоляции? Ответы на эти и другие сложные вопросы, которые будоражат умы общественности не первый день, Вы найдете в нашей статье.

Сегодня многих людей охватывает паника из-за захлестнувшей мир пандемии коронавируса, поэтому голос Церкви для верующих сейчас особенно важен. Однако введенные Синодом временные меры в устоявшуюся богослужебную практику у части клира и мирян вызвали смущение. Рекомендованная на время карантина дезинфекция лжицы во время Причастия и просьба заменить лобзание церковных святынь благоговейным поклоном, встретили неприятие со стороны некоторых православных людей, которые поспешили обвинить сторонников подобных решений в маловерии. Попробуем вместе разобраться в этих важных вопросах.

Из пищи земной – в Пищу Небесную

По учению Церкви в Таинстве Евхаристии мы приобщаемся Телу и Крови Христовым под видом хлеба и вина. Это величайшая святыня, данная Богом человеку – возможность реального, почти физического, соединения со Христом: «Якоже предрекл еси, Христе, да будет убо худому рабу твоему, и во мне пребуди, якоже обещался еси: се бо Тело Твое ям божественное: и пию кровь Твою». Церковь, действительно, тождественна Божественной Литургии, все ее бытие сосредоточено вокруг Евхаристической Чаши.

Святоотеческая мысль говорит нам о том, что в Евхаристии происходит изменение или преложение сущности хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы, а внешние их свойства остаются неизменными. Здесь необходимо дать пояснения. Под сущностью в богословии подразумевается внутренний смысл вещи, то, чем она является сама по себе, и чем отличается от других вещей. Сущностью обладает любой предмет. Однако, помимо сущности, вещи обладают еще и своими внешними характеристиками, постигаемыми в нашем повседневном опыте. Приведем пример: есть группа предметов, которую мы именуем «столы». Они обладают своей уникальной сущностью, отличающей их от стульев, полок или чайников, но могут быть сделаны из самого разного материала (дерево, металл, пластик, камень), иметь различные формы, вес, цвет и т.д. Это отличие сущности от ее внешних проявлений, открытое еще Аристотелем, святые отцы применили к самому широкому кругу богословских проблем и вопросов, в том числе и к описанию действия Духа Святого в Евхаристии. Хлеб и вино, олицетворяя в Литургии нашу природу, то, без чего невозможно существование человека, изменяют в Таинстве свою уникальную природу-сущность, и из пищи земной превращаются в Пищу Небесную – Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа. Однако свойства их, постигаемые нами в опыте (цвет, вкус, запах и т.д.), остаются прежними. Таким образом, под видом материальных хлеба и вина, мы приобщаемся истинному Телу и истинной Крови Христовым. «...Силой благословения естество видимого преобразив в Тело и Кровь», писал свт. Григорий Нисский.

Непреложна вера Церкви в спасительность Даров

Как же работают эти богословские положения на практике? Сузим наш вопрос: можно ли заразиться участвуя в Литургии и Евхаристии?

Вопрос этот очень страшен для нас, кому-то он может показаться даже богохульным. Но, коль скоро он, в связи с сегодняшней пандемией коронавируса, возник в церковном сообществе, то ответить на него придется. И ответ этот должен быть чрезвычайно тактичным - духовно и богословски, ибо здесь мы говорим о величайшей Святыни, тысячелетиями хранимой Церковью.

Разделим эту проблему на две составляющие: веру Церкви и индивидуальное духовное восприятие человека. Церковь ясно говорит, что мы причащаемся во оставление грехов, во исцеление души и тела, в жизнь вечную, но предупреждает: «да не в суд, не в осуждение будет ми причащение Святых Твоих Таин, Господи...». Непреложна вера Церкви в спасительность Даров. Через Чашу со Христом мы соединяемся «друг ко другу во Единого Духа Святаго причастия» (Литургия свт. Василия Великого), становимся единокровными братьями, ибо в нас пребывает Один Христос.

Но благодать Божия есть свободный дар или, как говорил свт. Григорий Палама, Сам Бог, открытый человеку в Своих энергиях (действиях). Это означает, что она не может действовать автоматически, как некий сакральный «компьютер», но соотнесена со свободой того, кто воспринимает в себя благодать. Вспомним тропарь Великого Четверга: «Егда славнии ученицы на умовении Вечери просвещахуся, тогда Иуда злочестивый сребролюбием недуговав омрачашеся, и беззаконным судиям Тебе праведнаго Судию предает. Виждь имений рачителю, сих ради удавление употребивша! Бежи несытыя души, Учителю таковая дерзнувшия: Иже о всех благий, Господи, слава Тебе».

Трагедия Иуды в том, что он, будучи одним из двенадцати, изгонявший бесов, исцелявший больных, повсюду следовавший за Спасителем, в последний момент оказался вне Чертога Господня, хотя и воспринял Его Тело и Кровь: «И после сего вошел в него сатана» (Ин. 13:27). Весь церковный чин подготовки ко причащению и благодарения за него сопряжен с молением о том, чтобы мы восприняли Святые Тайны не в суд, но во спасение: «... не бо врагам Твоим Тайну повем, ни лобзание Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедую Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем».

Важно правильное христианское отношение к Таинству

Бог не может переломить нашу злую волю и безответственность, если мы сами не впустим Его в наше сердце и ум. Как живое соприкосновение с божественным Учителем не уберегло Искариота от его демонического выбора, так и не убережет того, кто осознанно выбирает для себя путь противоположный дороге в Царствие Небесное. Здесь пролегает граница между христианством и язычеством. Последнее воспринимает благодать как свою собственность, которую можно дарить и отбирать, ведь она обязана нас защитить, ибо в противном случае уже не является благодатью. Христианство же мыслит ее, как дар, принадлежащий только Богу, поступающему с ней как угодно Его святой воле.

Евхаристия остается таковой везде, где существует Вселенская Церковь, но действие Причастия на конкретного человека может быть различным: оно способно исцелить его, ввести в Царство Божие, но и осудить навечно, сделаться невыносимым огнем для нашей совести. Поэтому так важно правильное христианское отношение к Таинству. Литургия никогда не служится для меня, но только для нас, будучи общим делом всей Церкви. Это главное ее отличие от всех других богослужений, которые при необходимости могут быть совершены в индивидуальном порядке. Все литургические тайные молитвы, которые священник произносит в алтаре перед престолом, произносятся им от лица всей общины, а не от своего собственного.

Главная цель участия верных в Литургии состоит не в индивидуальном получении некоторых благ от Бога, исцеления болезни, получении жизненного успеха, но в становлении их Экклесией, Церковью, Телом Христовым: «Нас же всех от единого хлеба и чаши приобщающихся – соедини друг ко другу во Единого Духа причастие». Это предполагает, помимо личной подготовки христианина, его веры и молитвы, определенную устроенность всей общины – любовь и мир между ее членами, несении ими ответственности друг за друга. Ибо, если таковые отсутствует, если мы исполнены недоверия, самопревозношения, если в момент опасности ставим свое личное благочестие и потребности выше жизни других, если пренебрегаем любовью к ближнему, то жертва наша будет неугодна Богу, и причастие Его Телу и Крови осудит нас. Тогда и Литургия, которая должна нас преображать, соединяя в Единое Тело Христово, для такого человека попросту не будет иметь никакого значения.

«Не искушай Господа Бога твоего»

Именно ответственность и любовь к ближнему должны стать сегодня ключевыми словами для церковного народа в связи с захлестнувшей мир пандемией. Церковь верит в то, что Евхаристия – это величайшее чудо, что она способна исцелить человека от болезней души и тела, что милость Божия может провести нас через любые опасности. Но Церковь всегда помнила заповедь: «Не искушай Господа Бога твоего» (Мф. 4:7). Ибо благодать невозможно мыслить как аналог лекарствам или труду врача: она есть свободное самосообщение Бога, Его воли. Поэтому с древнейших времен христианство с уважением относилось к профессии доктора: врачами были евангелист Лука, великомученик Пантелеимон, Косма и Дамиан, свт. Лука Войно-Ясенецкий. И, конечно, главным примером для нас служит Сам Господь Иисус Христос, исцелявший больных и бесноватых Своей силой, а не только призывом к посту, покаянию, молитве и посещению Храма. Нельзя, рассчитывая только на благодатную помощь и чудо, отказываться от помощи и рекомендаций медицины, ибо это противоречит, как Евангелию, так и церковной традиции.

Христос исцелял прокаженных, изгонял бесов и воскрешал мертвых вовсе не для того, чтобы доказать чего-либо, а для указания людям на то, как к ним относится Бог, и как они должны были относиться друг ко другу. Вспомним чудо исцеления расслабленного, совершенное Спасителем в Вифезде: «Иисус, увидев его лежащего и узнав, что он лежит уже долгое время, говорит ему: хочешь ли быть здоров? Больной отвечал Ему: так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня. Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи» (Ин. 5:6-8). Самое поразительное в этом эпизоде, что за многие годы не нашлось ни одного человека, который помог бы этому больному. И чудо, совершенное Христом, вовсе не снимает ответственности с людей за их черствость и бессердечие, а устраняет последствия этого зла.

Об отношении к святыням и друг к другу в дни эпидемии

Во все времена епископат и священство прислушивались к советам врачей, особенно в очагах заражений, и, в зависимости от экстренных обстоятельств, изменяли практики совершения Литургии и способ преподания Святых Даров мирянам. Так преподобный Никодим Святогорец, толкуя 28-е правило Шестого Вселенского собора, дает следующие советы священникам, как они должны действовать во время чумы: во-первых, священник не должен контактировать с зараженным, а оставлять ему Чашу для того, чтобы тот причастился самостоятельно; во-вторых, дезинфицировать лжицы и Чашу после причащения уксусом; в-третьих, диакон или пресвитер могут не потреблять теплоту, остающуюся в священном сосуде после его промывания, а выливать в специальный колодец.

Таких случаев наша Церковь знает немало, ибо эпидемии, к сожалению, сопровождали человечество на протяжении всей его истории. Но можно спросить, а достойно ли христианина с недоверием относиться к священным предметам (Чаше, лжице) и друг к другу? Ответ: конечно же, недостойно. Но на ситуацию можно посмотреть совершенно под иным углом зрения. Если я, даже не зная об этом, являюсь носителем опасной инфекции, способной заразить и даже убить других людей, прихожу в храм и причащаюсь вместе с другими без всякой предосторожности, можно ли сказать, что делаю я это, исходя из любви, а ведь именно она, как было сказано выше, является условием приобщения ко Христу? Или все же на каком-то глубоком уровне своей души, быть может, незаметно для себя, я ставлю свою духовную потребность, свои чувства и желания, выше жизней моих братьев и сестер, которые должны, если я христианин, быть для меня не менее ценны и важны, чем жизни моих братьев и сестер по плоти? Может, с другой стороны, я надеюсь на благодать Евхаристии, которая защитит других людей от моей заразы? Но почему я меру своей личной ответственности, данную мне Церковью, возлагаю на Бога? Да, Тело и Кровь Христова могут их защитить, и, скорее всего, так и будет, ибо Бог, в отличие от меня, есть Любовь, но относительно моего опыта, моей души это означает, что пусть в мыслях, пусть даже гипотетически, я рискнул не собой, а другими. Не во осуждение ли я причащаюсь в таком случае? Мои личные желания, чувства, потребности и благочестие не имеют никакого значения, если ставятся выше Церкви, выше литургического Собрания.

За смерть от коронавируса – мученический венец?!

Сегодня в интернете появляются совсем экстравагантные заявления, что смерть от коронавируса, если заражение произошло в храме, приравнивается к мученической. Я убежден, что большинство христиан понимают абсурдность подобного убеждения. Однако все же разберем это сравнение для тех, кого могли задеть и привести в смущение подобные высказывания. Отличие между смертью от инфекции и смертью за Христа от рук гонителей состоит в том, что последняя является следствием мужественного, свободного выбора. Заражение же – это случайное событие, о котором человек ничего не знает, и которого не хочет (если он, разумеется, не самоубийца).

Христиане первых веков шли на Литургию, ясно сознавая, что для каждого из них она может оказаться последней. При этом, отметим, что Церковь не пренебрегала мерами предосторожности, устраивая свои собрания, либо втайне, либо на кладбищах, где согласно римским законам была запрещено арестовывать людей. Если же это не помогало, христиане смело шли на смерть, свидетельствуя о Спасителе мира, и каждый совершал выбор за себя, а не за других.

Почему введенные Патриархией меры не должны нас смущать?

Христианин, безусловно, не должен впадать в отчаяние, панику, мнительность. Мы знаем, что Бог с нами. И мы все живем в Его святом Промысле. Но является ли грехом боязнь причинить ближним невольное зло, поставить их в ситуацию, когда в реанимациях они будут медленно умирать от мучительного удушья (пневмонии)? Я убежден, что нет. Разумеется, каждый христианин должен сам отвечать на этот вопрос перед Богом и своей совестью.

Поэтому Церковь, заботясь о жизни и здоровье всей общины, вводит сегодня особые меры, затрагивающие порядок богослужений и привычные для нас проявления благочестия. Надо ясно понимать, что лжица, с которой мы причащаемся не является святыней сама по себе: на ней могут оставаться частицы слюны зараженного человека (который сам может не знать о своей болезни). Для того чтобы избежать минимального риска, чтобы не искушать Бога, на время карантина лжица будет дезинфицироваться после каждого причастника. Тем, кого не убеждает этот аргумент, напомню, что использование лжиц - явление поздневизантийской эпохи. Их введение в литургическую практику связано с языческим отношением к Святым Дарам со стороны верующих того времени. Многие уносили, преподаваемую им в руки, Святыню к себе домой, поклонялись ей, превращали в обереги. Для того чтобы впредь не допускать поругания Тела и Крови Христовых, Церковь и ввела общую лжицу. Поэтому практика эта в экстренных обстоятельствах может меняться.

Ограничение, возможно, коснется и лобзания икон, крестов, мощей, рук священника, Чаши после причастия. Это также не должно нас смущать. Даже в отношениях между мужем и женой, матерью и ребенком поцелуй - не единственный способ проявления любви и нежности. Мы должны помнить, что по учению Церкви поклонение возносится не изображению, а изображаемому. В противном случае, легко впасть в язычество и магизм. Поэтому во время эпидемии мы можем кланяться святым, чей лик видим на иконе, их мощам, обращаясь к ним во внутренней молитве.

Коронавирус – это новая инфекция, пришедшая к нам из животного мира. По своим проявлениям она напоминает обычное ОРВИ (кашель, температура, ломота в теле), но может перейти в тяжелейшую двустороннюю пневмонию, при которой человек не может дышать самостоятельно. Болезнь эта почти не трогает детей, молодые люди могут болеть ею либо легко, либо вообще без симптомов, но быть при этом распространителями, а вот для пожилых людей она смертельно опасна. И такие люди составляют большинство нашего церковного народа. Мы просто обязаны подумать о них.

Если в одном месте и в одно время появляются сразу много заболевших, то медицинская система не справится: не хватит мест в больницах, в реанимациях и инфекционных отделениях, аппаратов жизнеобеспечения, медицинского персонала. И тогда люди могут умереть не из-за того, что их нельзя спасти, а потому, что они не смогут получить оптимального лечения. С этим и связаны карантинные мероприятия, с которыми Церкви просто необходимо будет считаться.

Забота о ближнем в условиях карантина

Сегодня в Италии происходит трагедия. За считанные дни, с начала марта, количество заболевших коронавирусной инфекцией выросло с нескольких сотен до нескольких десятков тысяч. Из красивейших итальянских городов армейская бронетехника вывозит десятки гробов, ибо мест на кладбищах больше нет, а крематории ломаются от постоянной работы. Родные не могут проститься со своими близкими любимыми, потому что риск заражения слишком велик. Храмы закрыты, богослужения приостановлены. Врачи работают сутками, и, получая высокие дозы заражения, тоже заболевают и умирают. Уже вышли с пенсии многие пожилые доктора, которые фактически жертвуют собой для спасения ближних. Многие молодые священники устраиваются работать медбратьями в инфекционные отделения. Италия просит мир о помощи, но мало кто способен ее дать, ибо в некоторых странах ситуация также может выйти из-под контроля.

В России сегодня нет масштабной эпидемии, но если мы будем легкомысленно относиться к карантинным мерам, врачи не смогут ее сдержать, и тогда беда придет в наши дома и семьи. Поэтому всем нам необходимо слушать специалистов! Будем благодарить Бога, что в нашей стране храмы открыты, мы можем приобщаться Святых Христовых Таин, но если отнесемся с пренебрежениям к требованиям медицинских служб, может произойти то, что случилось в большинстве стран Европы и Азии – богослужения будут приостановлены. Сами же врачи будут рисковать своей жизнью, чтобы спасти нас.

С Божией помощью победим эпидемию

Что можем сделать мы – прихожане Русской православной церкви? Если кто-то из нас почувствовал себя не очень хорошо, если у него насморк, кашель, температура, в таком случае лучше воздержаться от участия в Литургии и помолиться дома, прочитать воскресные послание апостолов и Евангелие. Бог не осудит наше беспокойство о ближних. Если кто-то вернулся из Италии или тех стран, которые сегодня медиками объявлены неблагополучными с точки зрения эпидемической обстановки, то необходимо выполнить все требования врачей: пройти двухнедельный карантин у себя в доме, потому что именно такой срок признан сегодня инкубационным периодом данного заболевания. Если вы – пожилой человек с подорванным здоровьем и боитесь заразиться в храме или в пути к нему, обратитесь к священнику и попросите его причастить вас на дому: эта практика известна с древнейших времен. Если же не боитесь, то подумайте о тех, кто может невольно причинить вам вред, ведь болезнь у молодых может протекать без всяких симптомов, но от этого она не становится менее заразной и опасной для стариков. Если мы – молодые здоровые люди – станем причиной вашей тяжелейшей пневмонии, то эта вина, пусть даже непреднамеренная, останется с нами на всю оставшуюся жизнь. Поэтому все карантинные мероприятия, если они будут касаться порядка совершения богослужений, должны выполняться нами.

Братья и сестры, давайте помнить заповедь о любви к ближнему, и, оберегая друг друга, заботясь о наших стариках, молясь за врачей, которые сегодня эту заповедь и исполняют, мы с Божьей помощью победим эту эпидемию. Великий пост – это время сугубой молитвы, время покаяния. Будем молиться и об избавлении мира от новой инфекции, об облегчении мук страдающих и их спасении, об упокоении умерших. Будем служить людям, любить их, а не подвергать их опасности из-за превратно понятого благочестия. Вспомним слова апостола Павла: «Кто ходит в храм, не уничижай того, кто не ходит; и кто не ходит, не осуждай того, кто ходит, потому что Бог принял его». Пусть они послужат для нас – людей Церкви – универсальной формулой примирения. Всем здоровья и помощи Божией!

Артемий Сафьян,
аспирант Философского факультета МГУ

Рекомендуем

Подать на поминовение в монастырь через сайт обители

Неусыпаемая Псалтирь – особый род молитвы. Неусыпаемой она называется так потому, что чтение происходит круглосуточно, без перерывов. Так молятся только в монастырях.

Фото Видео 110261

Приложение «Валаам»

Требы и поминовения
Пожертвования

Фото

Другие фото

Видео

Другие видео