Проповедь иеромонаха Никона в Неделю 18-ю по Пятидесятнице

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Возлюбленные отцы, братия и сестры! Сегодня день памяти великого русского святого, преподобного Сергия Радонежского – могучего духовного корня русского монашества, которое начало возрождаться на Руси после 200-летнего монгольского ига. Корня, от которого произошли многие и многие основатели монастырей средней полосы и севера Руси. Своей святостью, своим духовным авторитетом он уподобился великим аввам — древним отцам монашествующих. Более 70-ти его учеников и ученики их учеников стали основателями русских монастырей, которые, в свою очередь, становились центрами становления новых городов русского Севера.

Характерной особенностью преподобного и духа его руководства, а потом и его учеников было смирение. Глубокое смирение во всем, как во внешнем поведении, так и во внутреннем состоянии есть то, что Евангелие называет нищетою духа. Он и его ученики стяжали в себе эту нищету духа. Скуден этот дух гордыней, скуден самоуверенностью, скуден наглой дерзостью, скуден верой в себя, скуден надмением, скуден всем, чем хвалится и что любит этот мир. Богат был их дух только любовью к Богу и ближнему, богат доверием Богу, упованием на Него вплоть до полного вверения себя Богу, до конца, без малейшего остатка.

Сегодняшний гордый человек, верующий в себя, в свои силы, возможности, опирающийся на свои знания и умения, исполненный планов и веры в свое могущество, не понимает и не принимает эту нищету духа — добродетель смирения. Смирение он почитает слабостью и отказом от борьбы с возникающими трудностями, лузерством, то есть пораженчеством. Он принимает в себя гордый дух падшего человечества, богатый уверенностью в собственные силы, в способность менять богоустановленный порядок мира, покорять природу — не управлять ею, как данным ему Богом творением, а покорять ее, подчинять своим желаниям. Не пытаться вникнуть в смысл и предназначение творения, но дерзко менять природу вещей, в том числе и свою человеческую природу, и образ Божий, которым наделил его Господь.

Что же есть смирение, про которое Господь велел учиться у Него Самого: «… научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мф. 11:29)? Семантически слово смирение связано со словом "мера". Смирить — значит умерить, обуздать, укротить. Противоположное качество — гордость, высокомерие, превозношение своей меры. Гордый мерит себя высоко, считает себя достойным высокого положения, высокой оценки, великих благ, высоких состояний и т.д. То есть он всегда ценит себя выше своей меры, которую он и не знает и не видит. Напротив, смиренный не видит своих достоинств, как будто их у него нет. Он видит только недостатки, переживает за них, считает себя недостойным каких-либо благ, наград, преимуществ. В отличие от гордого он никогда и нисколько не рассчитывает на себя, на свои силы, смиренно надеясь на Бога. Низкая самооценка не угнетает его, так как он не ждет ничего доброго от себя, от своих усилий и не мучается этим, а а верит в помощь Божию и ожидает ее, будучи твердо уверенным в Божией благости и человеколюбии. Он имеет опору не в себе, не в своих силах, а в благости Божией. И Господь никогда не посрамляет праведника в его надеждах. Напротив, гордый, несмотря на свою завышенную оценку, на свою самоуверенность, всегда страдает от своих завышенных ожиданий от себя. Чем выше превозносит он себя, тем больнее ему от падений. Самодостаточный гордец не хочет нуждаться в ком-либо и в чем-либо, он хочет быть автономным, хочет быть божком, но благо этого мира в руках Благого Бога и подается только Им. В том и трагедия, что гордый доволен и удовлетворен собой превыше вской меры, не зная, что он «… несчастнее всех и жалок, и нищ, и слеп и наг...» (Откр. 3:17).

В Библейской энциклопедии, составленной архимандритом Никифором, смирение определяется как — "добродетель противоположная гордости, одна из самых главных добродетелей в христианской жизни. Оно состоит в том, что человек не высоко думает о себе, питает в своем сердце духовное убеждение, что ничего своего не имеет, а имеет только то, что дарует Бог и что он ничего доброго не может сделать без Божией помощи и благодати; таким образом, вменяет себя за ничто и во всем прибегает к милосердию Божию." В христианской литературе смирение определяется как трезвое видение себя, в отличие от состояния духовной эйфории гордого, когда человек не видит себя со стороны и не может адекватно оценить ситуацию, в которой он находится по отношению к Богу, людям и самому себе.

По отношению к Богу смирение – это "видение своих грехов, надежда только на Божие милосердие, но не на собственные заслуги, любовь к Нему, соединенная с безропотным перенесением жизненных невзгод и трудностей. Смирение — стремление подчинить свою волю святой Божьей воле, воле благой и всесовершенной. Поскольку источником любой добродетели является Бог, то вместе со смирением Он Сам вселяется в душу христианина. Смирение же лишь тогда воцарится в душе, когда в ней «изобразится Христос» (Гал. 4:19).

Смирение по отношению к другим людям — это "отсутствие гнева и раздражения даже на тех, кто, казалось бы, вполне заслуживает этого. Эта искренняя незлобивость основана на том, что Господь любит человека, с которым произошло разногласие, так же, как и тебя, и умении не отождествлять ближнего, как творение Божие, и его грехи." И, наконец, смирение по отношению к самому себе выражается в том, что человек "не смотрит за недостатками других, так как прекрасно видит собственные. Более того, в любом конфликте он винит только себя, и на любое обвинение или даже оскорбление в свой адрес такой человек готов произнести искреннее: «прости». Вся святоотеческая монашеская литература говорит о том, что без смирения не может быть совершено доброе дело, а многие святые говорили, что можно не иметь никакой другой добродетели, кроме смирения, и все равно оказаться рядом с Богом."

Итак, отцы, братия и сестры — смирение есть главная добродетель христианина, именно ему нам надо научиться у Самого Господа нашего Иисуса Христа и тогда обрящем покой в душах наших. "Без смиренья невозможно иметь успокоенья" — говаривал преподобный батюшка Амвросий Оптинский. Будем учиться ему, оно не образуется сразу, а приобретается навыком в исполнении заповедей Христа. Тут уместно вспомнить еще раз слова святителя Игнатия Брянчанинова, что христианский подвижник "видит, что ежечасно увлекается своими страстями, вопреки своему желанию стремится к действиям, всецело противным заповедям. Стремление исполнить заповеди открывает ему печальное состояние поврежденной грехопадением человеческой природы, обнаруживает его отчуждение от любви к Богу и ближнему. В искренности своего сердца он признает свою греховность, неспособность исполнить предначертанное Богом добро. Саму жизнь свою он рассматривает как непрерывную цепь согрешений и падений, как череду поступков, заслуживающих Божественного наказания." Вот в этом нелицемерном зрении своих грехопадений рождается смирение. Да поможет нам Господь в стяжании его, по молитвам преподобного Сергия и всех христианских подвижников. Аминь!