Любая скорбь, несчастье или болезнь, которые попущены нам Провидением Божьим, если мы при этом не ропщем, как горькие снадобья, лечат наше самолюбивое сердце, принося ему очищающую боль.
Скопировать ссылку
Что чаще всего руководит нами при выборе того или иного решения, принимаемого в нашей с вами жизни? Ответ: наше самолюбие. Ради него мы готовы на многие грехи: предательство, клевету, осуждение, обман, жестокость и т.д. Что же можно противопоставить нашему самолюбию? Ведь оно глубоко срослось с нашей личностью, стало нашим повседневным характером, образом поведения. Естественно, оно становится и в обществе желанной нормой поведения, его активно защищают, составляют для него законы и особые правила, в основе которых лежит человеческая справедливость и свобода. Но вот Христос в Евангелии перечёркивает всю эту человеческую мораль одной фразой: «Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную (Ин.12:25)».
У истинно верующих в сердце должен находиться иной, Божественный закон, несмотря на то, что они являются частью общества. Этот Божественный закон в нашем сердце есть наша живая связь со Христом, в Которого мы облеклись в Таинстве Крещения, это Его словом и Евангельскими заповедями мы руководствуемся в своей жизни. Они, будучи Божественной правдой, отличаются от правды человеческой, замешанной на самолюбии и корысти. Поэтому, Евангельские заповеди часто приносят боль нашему зараженному самолюбием сердцу, когда мы их искренне исполняем. Но, только так, по-настоящему, происходит наше духовное выздоровление и очищение от греховных страстей.
Любая скорбь, несчастье или болезнь, которые попущены нам Провидением Божьим, если мы при этом не ропщем, как горькие снадобья, лечат наше самолюбивое сердце, принося ему очищающую боль. Именно поэтому в христианском подвиге придаётся особое значение добродетели терпения. «Терпением вашим, – говорит Господь, – спасайте души ваши (Лк.21:19)».
Над каждым из нас совершается Промысл Божий, никто из нас, если хочет вылечиться, не сможет избежать ощущения боли и скорби. Чем скорее мы это осознаем и смиримся, тем легче нам будет идти за Христом. И тот, кто нам причиняет боль, и тот, кто помогает нам, и тот, кто равнодушно стоит в стороне, участвуют в Промысле Божьем о нас. Каждый исполняет ту роль в нашем лечении, которая ему отдана Богом.
В сегодняшнем Евангельском отрывке прозвучала реальная история, рассказанная Спасителем в качестве примера для тех, кто ещё не осознал сути Божественного закона и всё ещё решал для себя вопрос о том, кто его ближний, ожесточая своё сердце, ставя религиозные убеждения выше естественных человеческих чувств, таких как милосердие и сострадание. В этой истории священник и левит прошли мимо страдающего от ран, едва живого человека. Они понимали, что перед ними лежал иудей, истекающий кровью. Он не был для них иноплеменником, самарянином и по всем требованиям иудейской морали мог считаться тем ближним, которого они по закону должны любить и в данной ситуации должны были ему помочь. Чем же руководствовались служители Божьи, не оказав этой помощи, оставляя его умирать в пустыне, несмотря на то, что он был их ближний? Прежде всего, ожесточенным состоянием собственной души, собственным страхом и самолюбием перед лицом трудностей, с которыми им придется столкнуться, чтобы помочь умирающему в пустынной и дикой местности. А уже потом, как листьями, прикрывая нечистоту своей души, выдумывали для успокоения своей совести всевозможные религиозные причины, оправдывающие их поступок, которые запрещали бы притрагиваться к мертвецу или помогать иноплеменникам, чтобы не оскверниться. Может быть, это был день субботний, когда они встретили умирающего человека, – в этот день запрещено было иудею что-либо делать, в том числе, и помогать страждущему, по превратному истолкованию иудеями священной субботы. Ведь часто именно из-за этого ненавидели Христа ревностные иудеи, когда Он, вопреки закону, исцелял в субботу больных и прокажённых. Иудеи изучали Божественный закон, но делали неправильные из него выводы, употребляя закон в угоду своим страстям, прежде всего, главной человеческой страсти, по святым отцам, – самолюбию. Обличая их за это, в одном из эпизодов в Евангелии Господь говорил следующее: «Лицемер! не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу и не ведет ли поить? сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний? (Лк.13:15-16)». В борьбе с этим ложным истолкованием закона среди иудеев Господь не раз подчёркивал главный смысл всего Ветхого Завета: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки (Мф.7:12)».
Эти слова Спасителя могут звучать для нас не только как заповедь, но и как предупреждение. По смыслу выходит, что если мы относимся к своему ближнему без сострадания, с ожесточением, то, по неисповедимым судьбам Божьим, заслуживаем от других того же отношения и к себе. Ведь само наше естество общее для всех людей, наша душа и тело, лучше всяких правил, учит нас быть сострадательными к другим. Когда нам делают больно, физически или морально, наше сознание каждый раз должно обращаться к этим словам Спасителя, к Его Божественному Промыслу, в котором человек, сеющий в своей душе, в своих поступках по отношению к другим людям зло, со временем и сам пожнёт зло в отношении себя.
Именно этот смысл прозвучал в ответе Христа книжнику на его вопрос: «А кто мой ближний, которого я должен любить?» Если книжник задавал Христу вопрос с целью разделить человечество на «ближних» и «не ближних», отстаивая религиозные предрассудки иудеев в отношении остальных народов, то Божественный ответ Христа в виде жизненной истории о пострадавшем от разбойников, разрушал все эти зыбкие религиозные предубеждения книжника. «Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам?» – спросил Христос в конце своего рассказа у книжника. Книжник«…сказал: оказавший ему милость. Тогда Иисус сказал ему: иди, и ты поступай так же (Лк.10:36-37)». Своим вопросом, и одновременно ответом книжнику, Спаситель ставит на место ближнего, коего нужно любить, ненавистного иудеям самарянина, который помог пострадавшему от разбойников, а иудея, который также, как и книжник, до этих трагических обстоятельств своей жизни разделял людей на «ближних» и «не ближних», ставит на место пострадавшего и умирающего от ран, ожидающего любого человеческого сострадания и помощи к себе. Этим ответом Христос отрезвляет книжника от ожесточения сердца и самолюбия по отношению к людям, которое он прикрывает своей религиозностью или мнимой внешней праведностью. Он устрашает нас непреложным Божественным законом, не дающим нам прибывать в прелести своего эгоизма:«Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки (Мф.7:12)».
Не просто избавить человека от той глубокой прелести, в которой он находится, когда он считает, что служит и любит Бога, прикрываясь внешним исполнением всевозможных правил устава, а на деле служит идолу в лице собственного эгоизма и своеволия, которые разделяют для него людей на ближних и дальних, на нужных и не нужных, на тех, кому мы должны помочь, и на тех, кто нам безразличен, на тех, кого мы осуждаем, и на тех, кого мы оправдываем. Исправление такого человека всегда находится в руках Божьих, только в Его неизреченном Промысле о нас возможно наше обращение от прелести. Непредвиденные скорбные обстоятельства нашей жизни, сильные внутренние брани и искушения от бесов или людей, попускаемые нам Богом, должны служить для нас уроком смирения и напоминания о том, что мы в своём осуждении ближних, в превозношении и ожесточении нашего сердца отпали от Бога, сделали в своём лице собственного идола и бога, которого любим и лелеем, требуя и от других такого же к нам отношения.
Живёт себе такой человек в своём ожесточении и осуждении других. Проходят месяцы, годы, пока Господь долготерпит о нём, желая через совесть его вразумить, но всё тщетно. И вот однажды отправляется по своим делам этот человек из Иерусалима в Иерехон, и на середине пути нападают на него разбойники, грабят и избивают его до полусмерти. Лежит он избитый на земле, вспоминая свою жизнь, свои поступки, и из последних своих сил молит Господа о помощи. Через некоторое время проходит мимо него священник, и внезапно проносится в его голове мысль, что вот наконец Господь услышал его молитву и пришло его спасение. Но священник, посмотрев на него, не остановившись, пошёл дальше своей дорогой. Спустя некоторое время мимо него проходит ещё один человек. Заметив израненного, он подошёл к нему поближе и внимательно посмотрел на него. «Сейчас он сжалится надо мной и поможет мне, – промелькнула мысль в голове у избитого разбойниками иудея, – ведь он мой соплеменник, такой же иудей, как и я. Он должен мне помочь, он точно послан мне нашим истинным Богом, Богом Израиля». Но как только он так подумал, левит в спешке отошёл от него. «Неужели я умру, неужели Господь не услышал мои молитвы», – отчаивался в своих мыслях страдавший от ран. И вот спустя некоторое время он различает взглядом, насколько ему позволяют силы, приближающегося к нему иноплеменника. Этот иноплеменник оказался самарянином. Тем, кого страждущий иудей, как и все остальные иудеи, всегда ненавидел и презирал за их богоотступничество и за многие другие пороки. Этот самый самарянин сжалился и склонился над израненным, стал обвязывать ему раны. Затем, посадив на скот, повёз его в ближайшую гостиницу, где договорился с хозяином, щедро заплатив ему, чтобы пострадавшему иудею помогли вылечиться и окрепнуть.
С тех пор иудей перестал считать, что его ближний, которого он должен любить, лишь тот, кто одного с ним круга или придерживается одних и тех же с ним взглядов, или тот, к кому он привязан душой по каким-то причинам. Ведь никто из тех, кого он считал своими ближними и рассчитывал на их любовь к себе – ни священник, ни левит, ни кто-либо другой из иудеев, – не помогли ему. С этого момента сознание человека стало другим, он стал понимать, что Промысл Божий открыл ему: его ближний – это любой человек, с которым он пересекается в своей жизни, и когда он не испытывает к нему неприязнь, его сознание и внутреннее состояние души остаётся светлым и мирным и не помрачается от собственного зла, исходящего из заражённого грехом сердца.
Не всегда понятен для нас в жизни бывает Промысл Божий. Иногда Он бьёт нас, иногда утешает, и не всегда мы можем проследить причины и следствия Его действий. Иногда за невнимание к своей душе мы расплачиваемся лишением внешнего комфорта и телесного покоя. С каждым из нас Господь, как любящий Врач, проводит индивидуальное лечение в зависимости от нашего характера и истории нашей болезни. Лишь бы нам не потерять доверия к нашему Врачу и не возроптать от боли, ибо другого Врача у нас не будет.
Созерцая Божественную Премудрость и Промысл о спасении человека, часто скрытый от нашего понимания, апостол Павел, восхищаясь этим, пишет следующие слова: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему? Или кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки, аминь (Рим.11:34-36)».
