![Подать записку Подать записку](/local/templates/valaam/images/banner_treby_2_340.jpg)
![Забронировать номер Забронировать номер](/local/templates/valaam/images/banner_booking-340.jpg)
Как помочь себе и другим в скорби от тяжелой потери близкого человека (например, если любимая жена или муж, дети погибли в случайной автокатастрофе, при падении самолета или из-за коронавируса), когда теряется всякий смысл жизни? Как жить дальше без них? Прошло много времени, а боль утраты так и не проходит. Что делать?
Потеря по-настоящему близкого и родного человека подчас переживается больнее, чем лишение собственного органа – руки, ноги, глаза. Физическая инвалидность порождает социальные ограничения, но остаётся множество того, что может приносить радость, наполнять жизнь смыслом. Смерть любимого бьёт в самую сердцевину земной жизни. Она лишает её смысла. Всё пространство вокруг заполняют боль и отчаяние. И если в картине мира хоть в какой-то степени присутствует Бог, то в этот момент всё общение с Ним сводится к одному вопросу «За что?». За что мне такая боль, почему Бог так несправедливо со мной обошёлся?
Не всякая вера выдержит подобное испытание. Как писал один богослов, «вы никогда не знаете, насколько сильно вы верите во что бы то ни было, пока истинность вашей веры не станет вопросом жизни или смерти. Легко утверждать, что данная веревка достаточно крепкая, если вы собираетесь обвязать ею коробку. Но, предположим, на этой же веревке вам предстоит повиснуть над пропастью. Вот тут-то вы и поймете, насколько вы уверены в крепости вашей веревки». Такой пропастью становится для многих смерть близких. На одном краю пропасти стоит одинокий в своём горе человек, а на другом оказывается весь остальной мир и даже Бог.
Бог не создавал зла, за которым следуют боль и страдание. Поэтому источник любого страдания коренится в самом человеке, в его отношениях с Творцом. У боли утраты могут быть две принципиально отличные друг от друга причины. Иногда они могут действовать одновременно, но всегда одна из двух будет преобладающей.
Первая и более редко встречающаяся причина – это искренняя боль за умершего в грехах человека, тревога о его посмертной участи, обвинение себя в том, что не сделал всего возможного для духовного исправления ближнего.
Ослеплённый такой болью человек забывает, что одно из главных имён нашего Бога – Любовь, что Он заведомо любит каждого человека несравненно больше, чем кто-либо из нас, что Он попускает смерть человека на вершине его духовного роста. Это нам по нашему человеческому рассуждению кажется, что проживи молодой человек ещё лет двадцать, сколько бы добра он мог сотворить, сколько страстей в себе исправить, в том числе с нашей помощью. Но существующий вне времени Бог видит, что это не так, что с каждым дополнительно прожитым днём этот человек всё больше будет от Бога отдаляться. И вот тут возникает вопрос о нашем доверии Богу, о доверии к Его всеведению, Его безграничному милосердию и любви. Такого доверия в момент смерти близкого нам откровенно не хватает. Нам кажется, что Бог поторопился, не дал нам сделать для ближнего всё что мы могли, что Он Сам не сделал для нашего почившего родственника всего необходимого для избавления его от посмертных мук в аду. Но чего тогда будут стоить наши молитвы за дорогого нам человека, если мы полностью не доверяем Тому, Кому молимся, если вместо благого сострадания к умершему и радостной надежды на милость Божию нас больше всего беспокоит чувство вины за то, что мы оказались недостаточно хороши?
Как бы хорошо мы не знали человека, глубину его сердца видит только Бог и только Он знает, с каким самым сокровенным и искренним желанием человек умирает. Поэтому посмертная участь людей остаётся для нас тайной, которую Бог иногда приоткрывает и являет Церкви через Своих святых угодников. Окончательная участь всех остальных умерших станет явной только в день Страшного Суда. Но не тайной, а непреложной истиной является безграничное милосердие Божие, уповая на которое, надо до конца своих дней молиться за умершего в грехах человека.
Настоящая любовь, по слову апостола Павла, никогда не перестаёт. И тому, кто любит своего близкого такой любовью, мало будет прожить с ним счастливую земную жизнь. Он не захочет расставаться с ним и в вечности. Но такая встреча возможна только в Небесном Царстве, в которое попадут те люди, для которых нет никого дороже Христа, нет ничего важнее, чем непосредственное общение с Ним. И своего близкого такие люди в земной жизни любят, видя в нём прекрасный образ Христов. Поэтому, когда один из любящих умирает, другой, не зная достоверно, в каком состоянии пребывает душа умершего, будет с удвоенной силой искать встречи с Христом, непосредственного общения с Ним, будет за двоих учиться быть на Него максимально похожим, поститься, молиться, изучать Священное Писание, участвовать в Церковных Таинствах и деятельно жить по Евангелию в надежде, что Господь ответит на его желание, выражаемое во всех перечисленных аскетических усилиях, и подарит ему и его почившему близкому радость встречи с Собой в раю. Именно об этом будет наша молитва за умершего. Церковное предание содержит немало примеров облегчения посмертной участи закоренелых грешников.
Вторая и самая распространённая причина – это боль за себя. На кого ты меня оставил? Как «Я» теперь буду жить без тепла, внимания и понимания? Кому «Я» теперь нужен? Ради чего мне жить без моего милого сыночка? Эта боль не отпускает даже тогда, когда мы стали свидетелями праведной кончины нашего близкого. Эта боль не о нём, а о себе. Нечто временное, преходящее – присутствие в моей жизни близкого человека – было моим, теперь навеки утраченным сокровищем. Не Бог и Его Царство. Я хранил своё сокровище на земле и использовал дивный Божий дар – любимого человека, мою заботу о нём – для себя, для придания своей жизни полноты и смысла. И попущенную мне Богом скорбь я воспринимаю, не как исцеляющий мою духовную немощь дар, а как орудие палача.
Выход из тупика отчаяния в данной ситуации только один – надо начать искать смысл в том, что никто у меня отнять не сможет, что не хранится на земле, – в Боге. Именно смысл, а не облегчение земной скорби. Расхожая поговорка «время лечит» справедлива только отчасти. Острота боли со временем действительно проходит, но жизнь без смысла оставляет душу пустой. И в этой пустоте поселяются бесы тоски, равнодушия и отчаяния.
Первое с чего стоит начать в изменении своих отношений с Богом – с искренней Ему благодарности за попущенную скорбь. Звучит как издевательство. Но если бы не эта страшная боль, если бы мы умерли раньше нашего любимого, так никогда и не полюбив Бога, то в вечности мы бы не встретились ни с Богом, ни с любимым. Близкими можно быть только во Христе, совместное пребывание в аду не избавляет от вечного одиночества. Бог – не садист. Наша боль никакого удовольствия Ему не доставляет. И те, кто всю жизнь Ему верны, совсем иначе проживают смерть своих близких. Но если мы жили для себя, используя ближнего как опору, как оправдание своего земного существования, у Бога не остаётся иного средства обратить наше внимание на Него, кроме как лишить нас этой опоры.
«Наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял; [как угодно было Господу, так и сделалось;] да будет имя Господне благословенно!» (Иов. 1:21) – сказал ветхозаветный праведник Иов, после того, как в один день потерял всё своё имущество и всех своих десятерых любимых детей. Наивно думать, что праведность избавляет человека от боли утраты всех детей, предательства жены и друзей, лишения всего земного благополучия. Не миновала эта боль и Иова. История этого великого ветхозаветного святого лучший пример для тех, кто в горе утраты ищет новый смысл в Боге. Учебники школьного богословия почти не освещают ту внутреннюю борьбу, которую пережил Иов после того, как вслед за гибелью детей и имущества оказался поражённым жестокой проказой. Внешне его состояние было похоже на поведение многих из нас в горе. Он проклял день своего рождения, непрестанно задавал Богу вопрос о причине его страданий, и даже высказал желание судиться с Творцом. Не было в его речах только одного – он никогда не просил вернуть себя в состояние исходного благополучия, но, напротив, искал что-то, что хранилось в самой глубине его сердца, о чём он лишь смутно догадывался и что вышло наружу только под действием запредельного страдания. И это «что-то» было желание непосредственного общения с Живым Богом, а не формальное исполнение религиозных обрядов, обеспечивающее благополучие земной жизни. И Бог ответил на это сокровенное желание праведника – открылся Иову. В момент встречи со Вседержителем Иов не попросил Его о воскрешении детей и возврате имущества, но сказал: «Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя; поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле» (Иов. 42:5,6).
Исцеляющее боль утраты обретение нового смысла не может происходить только в голове, всё своё существо необходимо обратить к Богу. Надо деятельно искать встречи с Ним во всех жизненных обстоятельствах: в церковной и домашней молитве, в Священном Писании, Таинствах и делах милосердия. Подавая милостыню незнакомым людям, надо просить их молиться об упокоении души нашего близкого. Самый надёжный и кардинальный способ избавиться от боли о себе любимом – это вообще забыть о себе, выйти к людям, оглядеться вокруг и увидеть, сколько в мире горя и страдания, как много тех, кому сегодня гораздо хуже, чем мне. Увидеть чужую боль и бескорыстно взять её на себя.
Именно к этому один будущий святой призвал другого будущего святого – Иоанн Кронштадтский Алексея Мечёва, когда последний впал в глубочайшее уныние после смерти любимой жены. Вняв совету кронштадтского пастыря, молодой священник стал великим старцем, поддержал в смутные революционные годы множество страдающих людей, сам был прославлен в лике святых, и воспитал сына, ставшего священномучеником.
Нет такой боли, которой не мог бы исцелить Всемилостивый Бог, Который приходит на помощь к каждому, кто ищет в первую очередь не утешения, а встречи с Ним, кто хочет всей своей жизнью ответить на Его любовь. Все утешения вне Бога только притупляют боль, но не устраняют её источник. И если мы правда любим наших усопших дорогих людей, то будем искать не своего временного утешения, но будем биться в кровь за нашу общую встречу со Христом в Его Царстве.
Неусыпаемая Псалтирь – особый род молитвы. Неусыпаемой она называется так потому, что чтение происходит круглосуточно, без перерывов. Так молятся только в монастырях.
Видео 444823