rus | eng
RSSВеб-камера

Забраться на ступень (заметки семинариста)

Публикации
Забраться на ступень (заметки семинариста)
Впервые я узнал про остров Валаам от друга Саши, который бывал там несколько раз в год. Что он там делал, я толком не мог понять. Саша всегда находился в каком-то духовном поиске. То он увлекался толстовством, то эзотерикой, а последнее время вообще вроде бы как относил себя к кришнаитам. «Наверное, поехал “чистить чакры”», – шутили мы с друзьями, когда слышали о его поездках на далекий остров. Но, как говорится, «над чем посмеешься, тому и послужишь».

Однажды Саша позвал меня с собой на остров Валаам. Я тогда еще делал свои первые осознанные шаги в Церкви. Шел Великий пост. Я старался, как мог, соблюдать постный устав, чаще посещать богослужения, молиться дома. Узнав о моих духовных стремлениях, Саша позвонил и предложил мне пожить какое-то время в мужском монастыре на Валааме. Для меня это было в диковинку! На тот момент все мои знания о монастырях складывались лишь из каких-то обрывочных сведений, собранных из прочитанного в русской классике, Интернете или увиденного в фильмах. В голове, конечно, рисовались картины каких-то темных келий, суровых монахов, простой еды, долгих монастырских служб и тому подобного. Но это меня не особо пугало, да и, если что – друг поддержит, подумал я и дал свое согласие на поездку.

И вот прекрасным весенним днем я отправился в свое первое паломничество. Удивительно, но именно в этот день праздновалась память моего святого. Совпадение это или нет – пусть решает каждый сам.

Загадка волонтеров: «Мы видели озеро Сисяярви. Ходили по габбро-диабазу, в 40 км от Сортавалы. Угадайте, где мы?»

Добираться до Валаама в зимне-весенний период – то еще приключение. Сначала нужно ехать на электричках с двумя пересадками, чтобы добраться из Петербурга в небольшой карельский городок Сортавала. А там уже – как повезет… Из транспорта только «воздушная подушка» или грузовая машина на больших колесах «Трэкол». Свободных почти никогда не бывает, ведь основная задача транспорта – привезти продукты на остров и забрать кого-то из братии. Поэтому иногда приходится ждать несколько дней в Сортавале, прежде чем тебя заберут, да и то – по согласованию с гостиничной службой монастыря.

Никольский скит. Вид с Ладоги

Вот и мне пришлось ждать. Изучив вдоль и поперек город, я уже не знал, чем себя занять. Кругом был хвойный лес, чистый воздух, встречались старинные дома. Город словно тянулся вдоль берега замерзшей Ладоги, яркое солнце отражалось в чистых белоснежных сугробах. Но это как-то не радовало: мне уже очень хотелось попасть поскорее на Валаам. Я вглядывался в горизонт, пытаясь разглядеть там очертания острова, но, конечно, ничего не увидел, тем более что из Сортавалы до открытой Ладоги километров на десять тянутся извилистые шхеры. Я представлял себе, каким он может быть, этот таинственный Валаам. Может, мне там будет совсем некомфортно, может, монахи настолько молчаливы, а службы такие длинные, что я сбегу оттуда первым же рейсом? Во всяком случае, очень не терпелось увидеть все своими глазами.

Кстати, о монахах. До этого момента я почти никогда их не видел. Только пару раз в Александро-Невской Лавре на службе, куда я заходил иногда. Это были священники, которые исповедовали прихожан. Строгое выражение лица, необычная черная накидка в складках, длинные четки, странный головной убор – все это производило на меня впечатление положительное, как ни удивительно. Мне они казались настоящими духовными воинами. Впервые я услышал от одного из них на исповеди: «Спаси, Христос!» Мне это сочетание слов, а вернее сказать, молитва пришлась по душе. От нее исходила какая-то уверенность, которой так не хватало в борьбе с греховными привычками и страстями только что вставшему на путь исправления. Спаси, Христос! Услышав от монаха эти два слова, я уходил с твердой надеждой, что Христос действительно спасет.

На этом мой опыт общения с монашествующими исчерпывался, и теперь я надеялся уже больше узнать об этих людях и их образе жизни. Уже в Сортавале я познакомился с первыми валаамскими иноками. Проснувшись как-то утром в монастырской квартире, в которой я жил, дожидаясь транспорта, я услышал громкий шум. Какой-то мужчина ходил по кухне и разговаривал так, что спать было уже невозможно. Дверь в комнату приоткрылась, и я увидел монаха небольшого роста с длиннющей рыже-седоватой бородой. «Вставай, студент! Это тебя бес полуденный не пускает с кровати!» – сказал он мне, сонному, и ушел обратно на кухню. Если это и была шутка, то из уст монаха она звучала более чем серьезно. На всякий случай я решил больше не задерживаться в кровати и быстренько встал, приводя себя в порядок. Через несколько минут веселый монах снова заглянул и, увидев меня уже проснувшимся и одетым, снова пошутил: «О! Этот спасется!» Мне стало спокойнее, и я, не зная, что ему ответить, лишь улыбнулся. «Вы, батенька, на Валаам? Где там подвизаетесь?» – спросил у меня инок. «Подвизаюсь?» – переспросил я, пытаясь понять, о чем он меня спрашивает. «Ну да! На каком послушании?» – снова поинтересовался монах. «Да я ни на каком. Я первый раз еду», – в моей голове окончательно все спуталось. У меня было ощущение, что со мной говорит какой-то персонаж из литературного произведения девятнадцатого века. Мой новый знакомый одобрительно кивнул головой и, пожелав помощи Божией, удалился в свою комнату.

Выйдя на кухню, я увидел еще одного инока, который раскладывал какие-то яства по тарелкам. «О! Проснулся! Пойдем подкрепимся чем Бог послал», – приглашая меня к столу, произнес он. Мы встали перед деревянным крестом, висевшим на стене, и монах с благоговением, размеренно прочитал «Отче наш» и перекрестил стол. Это было не похоже на то, как читают молитву в городе на приходах: там всегда читают быстро, словно бегут, опаздывают, здесь же каждое слово молитвы монах произносил с чувством, и мне это очень понравилось.

За обедом инок поспрашивал меня, кто я и откуда. И сам немного рассказал о себе, что он – гостиничный и везет новые электронные ключи для монастырской гостиницы. «Ничего себе, – сказал я, – а я уж думал вы там в кельях живете с печками». – «Мы-то в кельях, а гости и паломники – в современных номерах, – монах улыбнулся и продолжил: – Недавно построили новую гостиницу на месте старой. Вот и ключи изготовили в Петербурге. К Пасхе будет много гостей, нужно все подготовить». В моей голове пока не укладывались современные номера и Валаам, но я решил, что вскоре сам все увижу, и не стал больше расспрашивать монаха. Тем временем шел третий день моего пребывания в Сортавале. В квартиру пришел еще один инок и представился отцом Пантелеимоном. Он сказал мне, что сегодня, скорее всего, меня, наконец, возьмут на остров, и попросил передать в монастырь новое ведро со шваброй. Я, обрадовавшись, взял у него уборочный инвентарь, перекинул сумку через плечо и отправился к городской пристани. Именно оттуда меня должны были забрать.

Погода стояла прекрасная. Апрельское солнце уже приятно грело, хотя легкий морозец все еще не давал расслабиться. Гуляя около пристани, я наблюдал, как рыбаки сидят вдоль бухты и терпеливо покачивают короткими зимними удочками, опуская леску с крючком и наживкой в лунки. Лед был крепким, и я прогуливался от одного рыбака к другому, изучая улов. Тут зазвонил телефон. «Алло, Алексей? Это послушник Сергий из гостиничной службы монастыря! Сегодня опять нет мест. Подожди еще денек», – сказал мне уже знакомый голос. После этого короткого телефонного разговора я был в замешательстве. С одной стороны, уже не терпелось попасть на Валаам, а с другой – ждать еще один день в этом небольшом городке совсем не хотелось, да и в монастырской квартире было скучно. Я уже стал было подумывать о возвращении в Петербург, но тут в голову пришла одна довольно авантюрная идея.

Подойдя к одному из рыбаков, я поинтересовался, крепкий ли лед на Ладоге. «Крепкий, до мая еще будет стоять», – ответил он мне, не отрываясь от лунки. «А сколько отсюда до Валаама?» – спросил я у рыбака. «Да километров сорок», – ответил тот и сделал вид посуровее, чтобы я его больше не отвлекал. Поблагодарив его, я пошел вдоль бухты. А что, погода хорошая, день только начался, одет я тепло… Прикинув, что за день вполне можно пройти быстрым шагом обозначенные сорок километров, я взял сумку, навесил швабру с ведром на плечо и отправился в сторону острова.

Лоскутки валаамского детства 
Валаам. Встреча. Заметки волонтера-журналиста

Отправляясь пешком из Сортавалы, я отправил СМС своему другу Саше, который из-за этого поднял небольшой переполох в монастыре. После нескольких часов прогулки по льду я был подобран грузовиком, который вез продукты. Водителю, монаху Герману, уже сообщили о пешем паломнике. Выйдя из машины, он недоверчиво взглянул на меня и посоветовал больше пешком по льду не ходить, ведь на Ладоге встречаются полыньи, и можно провалиться. А еще иногда пробегают волки из прибрежных лесов. «Искушение», – подытожил отец Герман, когда мы уже неслись по накатанной зимней колее в сторону дивного острова. Впоследствии это слово я слышал очень часто. А со временем стал употреблять его и сам.

Продолжение следует 

Для сайта valaam.ru  Алексей Лысенко,
Московская Сретенская духовная семинария

 

23.12.2016

Помощь монастырю

Пожертвовать на:
Сумма:


Братья и сестры, ознакомиться с более подробной информацией о возможных способах помощи монастырю можно здесь.